О стратегии державобудування и сущность языковых торжищ в современной украине часть 1

превращались в штабы СДПУ (о). Так что, только потому, что сейчас не ее время, то и «школа вне политики»?
Или вспомним игру во карты. Как, например, церковная карта, которой, борясь против украинских национальных церквей — православной Киевского Патриархата и греко-католической, отчаянно и яростно ходят батюшки московского подчинения. Не самые, конечно. Ведь сколько их у нас есть, тех и сановных, и найвищесановних, которые, следуя аналогично фальшивого лозунга «церковь вне политики», на самом деле все делают для того, чтобы украинская церковь в Украине находилась в состоянии всегдашней обороны. Но даже и некоторые первые лица страны в этом замечено — кто этого не видит, кто об этом не знает?
То, насколько цинично определенные силы и политики обращают против Украины ее существенные и наиболее органично приметы — те, за которыми она просто не существует, наблюдаем и на примере языкового вопроса, что имеет тенденцию вырастать до размеров именно острого вопроса всякий раз, когда только в стране происходят то парламентские или президентские выборы. И это не случайно. Ведь, по-моему, язык — это сердцевинная точка, в которую, прежде всего, целятся, чтобы совершить убийство Украина. Целятся и с откровенно враждебного намерениями, и по причине сугубо малороссийского «недомислия», как любил когда-то высказываться М. Хвилевий.
заметит: официально избирательная кампания у нас еще и не стартовала, а картежники-политики играли языковой картой уже полным ходом. О, сколько здесь азарта, сколько поспешности, сколько желание перегнать противников, угадать момент, когда языковой козырь сработает решающее! Ну, просто тебе наперегонки! Только и слышим: «хожу», «я тоже хожу», «и я», «у меня козыри сильнее» ...
Беда, мои читатели! Ведь, как уже отмечено, только приближаются те или иные выборы, так и спешат политиканы к бревну языковых карт. И то так громко, так шумно играют, часто — хоть уши закрывай: такой хлопок! ...
Все мы прекрасно знаем, какого именно выигрыша эти силы добиваются: все того же «официального двуязычие в Украине», "придания русскому языку статуса государственного или официального ». Следует понимать, уже и вовсе задавила украинский язык униженную русский, уже и вовсе вытеснила ее на маргинес, уже и дышать ей просто невозможно, то просто не слышно ее на улицах наших городов! Вот она теперь в Украине — ущемльонная, утесньонная, униженная ...
Сколько же стремление, сколько желание в части политиков, чтобы люди в скитания русского языка поверили! А особенно русскоязычные люди, от голосов которых и зависит: быть или не быть тому или иному политику или партии, которую он представляет в парламенте. То есть — говорится (пусть будет эта тавтология) о языке, а думается самом деле не о ней, а о том, как перехватить голос избирателя, как этого избирателя «взять». А ну-ка — разжалобишь, расслышали его, повторяя тысячи раз: «русский язык, на котором вы общаетесь, в опасности, у вас отбирают ваше последнее достояние — русский язык» ... И т. Д.
Кто то и дело не слышит подобного хотя бы от о-о-очень прогрессивной социалистки Витренко?
Совсем недавно из окна своей рабочей комнаты в НСПУ, что находится рядом с Президентским домом, я наблюдал странную картину: под оглушительный звон записанных на радиоаппаратуре церковных колоколов ехала с открытыми бортами грузовик, на ней самоотверженно возвышалась — как центральная лицо всей той процессии — одним-одна женская фигура. За грузовиком шли скованы цепями мужчины в полосатом концлагерных одежде, а дальше — хоругвеносцы и бабушки-икононосци из московского патриархата, за ними — другие люди, которые несли лозунги вроде «отстой, Защита православие!»И другие. Точно такие процессии проходили, как мы знаем, сотню лет назад. Тогда, как известно, они назывались черносотенных. А какое название дадим сегодняшним?
Но вот процессия остановилась у дома президента — и с экзальтированной речи женщины, вознесен стояла на грузовике (то и была Витренко), сразу стало ясно, что означала вся и концтаборна символика, как и тот «колокольный звон». Означало все то возмущение и протест по поводу утеснения и просто уже концлагерного положения и народа вообще, и русского православия в Украини, и, конечно же, русского языка, о котором отнюдь не было забыто в произнесенных филиппики. Вспомним: на следующий день, как раз на Покрову, эта же публика, пополнена определенного — большевистского — сорта свежими силами, устроила, как мы знаем, уже подкрашенную натуральной человеческой кровью провокацию на Крещатике (по случаю годовщины героической УПА), которой якобы теперь занимается прокуратура. Фарс, маскарад, клоунада — это только позверхньо, ​​зрелищно, для крайне необходимой attention нашего народа; подспудно же, в глубинах — стремление во что разжечь ненависть, столкновения, противостояния, дестабилизировать, направить — «стенка на стенку», устроить кровавое побоище, что мы все и видели того Покровского дня в столице Украины.
И еще раз заметит: снова и снова, в числе прочих, звучала там тема ущемльонного русского языка — в выступлениях, на транспарантах. И происходило все это под раскачкой государственных флагов соседней страны — Российской Федерации, появились в тот день на Крещатике. Вот так — российские флаги и вопли о русском языке. Хотя на самом деле — разве было то о русском языке как таковой, разве это не МАНИФЕСТИРОВАННОЙ стремление черносотенных сил поставить крест на украинском государственности и, если не сразу вернуть Украину в лоно новой империи, то хотя бы осуществить это поэтапно?
Говорим: язык — и часто считаем, что это — лишь средство общения, только явление культуры. В среде достойных людей, конечно, так. Но как убедиться в данном случае о языке как язык (опять нарочито прибегаю к тавтологии) не было и не может быть ни малейшего языка. Грубая, циничная и жестокая политика под покровом Того Защита русский язык, только чуть-чуть завуалированный (в частности, в тот же язык) злобный антиукраинской, антигосударственный демарш. Вот во что на самом деле превращается игра в языковую карту в современной Украине.
Досадно, но прогрессивные социалисты здесь далеко не единственные. Ведь действуют у нас в направлении официального двуязычия симоненковцы и свистуновци, костусевци и Васильевке, медведчуковцы и януковичивци — и кого только у нас нет среди тех, кто ставит своей целью знеукраинизуваты Украины, обезвредить, заморозить имеющиеся в ней все еще только ростки ее укрепляет силу языкового утверждения.
Я употребил слово — заморозить, поэтому ассоциативное как тут не вспомнить действия на языковом поприще всеми известного Мороза, как и действия социалистической партии. О языковой законопроект этого политика была у меня несколько месяцев назад в «ЛУ» отдельная статья, поэтому к этому документу не возвращаться. Но вот что несколько недель назад меня в очередной раз поразило: Мороз происходил языковой картой, поехав (конечно, в уже предвыборную поездку) в Крым. Мол, слышали все по радио, надо на основе имеющихся в Верховной Раде мовнихзаконопроектив (их полтора десятка) разработать один (как он назвал — базовый) и принять его «быстро», уже на нынешней сессии.
Беда, по-моему, с таким предложением, ведь, как известно, за исключением одного-двух (П. Мовчана и И. Юхновского), все упомянутые законопроекты как раз и предусматривают

Обсуждение закрыто