Украиноведение — наука любви, этики, жизнетворчества часть 3

антипатиях.
Прочитаем текст под рубрикой: «исключения подтверждают правила». Поговорка, сообщает автор, известная, «однако сводить эту истину до того, что мол,» бывает мало водки "не стоит. Сколько людей на нашей большой планете, столько и представлений проидеал женской красоты.
Известно, что в Китае девочкам в древности бинтовали ступни, чтобы ножка оставалась миниатюрной. И сейчас идеальной считается только маленькая ножка. А вот в Габоне — все наоборот — мужчин привлекают только крупные и очень крупные женские ноги. Это мы считаем, что хорошо иметь белые зубы. А вот в той же Японии бледные лица знаменитых гейш красиво оттеняют черными зубами. Миниатюрная, привлекательная девушка для Европы вряд ли понравится в Мавритании. О человеке в последний также судят по объему талии его жены: чем шире талия, тем достойнее человек. Любят полных женщин и траулеры Сахары, где полнота ассоциируется с плодовитостью. Если в тамошних женщин на животе менее 12 складок жира, они кандидата в старые девы. Итак, каждому свое, и прав тот, кто утверждает: «красивым является то, на что смотришь с любовью.» И подобно тому: для одних черный (красный) цвет — праздничный, для других — знак траура. Одни (в Ветхом завете) идеализировали бескомпромиссного и жестокого бога, а для других стал Богом Христос — создатель гуманистической этики. Есть поэты «революций», а есть сторонники эволюционных процессов. И поэтому же одни борются за демократию, а другие ревностно отстаивают абсолютизм. Для кого змеи — носители смерти, для кого — вкусная еда. Для одних смерть — самая большая беда, для других благо: переход к новой жизни.
Другое дело — научные методы: есть «педагогика» определенных средств и приемов, но это — методика, прикладная дисциплина; а есть наука, где царят общепризнанные принципы, проверенные международной практикой (хотя и физико-математические аксиомы нередко уточнялись новыми открытиями), и тогда их необходимо знать и применять.
Вроде в этом ключе и развивается украинская «глобалистская» педагогика, и поэтому все заимствовано в зарубежных авторитетов считается аксиоматичным и общечеловеческим, а потому и обязательным для нас. Что касается педагогов украинском, то они до сих пор или не изучены, или трактованы как нижчезначущи, и особенно педагоги. реформаторы. Их до сих пор инерционно если не шельмуют, то умалчивают. Не исключено, что по-своему и неосознанно, не из злых намерений, а потому, что они не воспринимались оккупационными режимами ближних и дальних соседей. Но это дела не меняет: мы до сих пор восхищаемся цитацией и обожанием бывших мудрые, знаменитые, однако творили других условий, как правило, Украина не знали и поэтому о нас не писали, а известные ними условия были противоположными нашим. А потому даже мудрые чужие суждения не всегда отвечали, тем более не соответствуют нашим современным реалиям и потребностям.
И здесь раскрывается первая причина малой эффективности (а то и догматичности и безплодности) части работ по педагогике и образования: психологическая зашоренность. Политически, информационно мы все вроде избавились марксистско — сталинской методологии. Но когда и это неточно, потому что современные коммунисты еще настойчивее отстаивают вульгарным «вечные» идеологемы, то совершенно неточно, что мы все и полностью «реформировали» наиболее консервативную «материю» человеческой жизни — нашу психику. Нередко мы принимаем только сиюминутной фразеологию, а коммунистические принципы и представления проповедуем старые. А то, что АПН поставлена ​​в ранг не так совещательной, как законодательного института, наносит огромный ущерб и ей самой, и делу. Практически исчез равноправный обмен мнениями, соревновательный дух представителей различных концепций; все, что отличается от «курса» АПН или решительно отсекается, или объявляется. несоответствующим интересам народа. Ибо если не прямо националистическим, то — хуторянским. Как в добрые старые времена. Если учесть, что в академики избираются только «единомышленники», станет понятной причина и «единомыслия», и если не кризиса, то застойности педагогических исканий. Наши адепты зарубежного постоянно и неутомимо «ездят» по чужим опытом, то не задумываясь: а почему зарубежные коллеги не пропагандируют с таким же рвением их современный опыт? (Не обо всем украинском опыт говорим, а именно о педагогике тех, ревностно прививают на отечественной почве иностранные рецепты). Одна из причин известна: они не зависят от нас финансово. Они добиваются осуществления своих интересов.
Есть и другая причина: ничем неоправданный разрыв между теориями части «зарубежников» и широким практическим опытом реальных реформаторов образования и педагогики в Украине, которые хотя безусловно же преобладают адептов интернационал-глобализма в эффективности и теории, и практического опыта, однако нередко остаются в тени, так как не имеют средств воздействия на управленческие структуры.
И здесь заметим: до боли знакомая картина! Едва ли не все украинские педагоги-реформаторы национально — демократического крыла (пример — М. Максимович, М. Остроградский, Н. Гулак, П. Чубинский, — Грушевский, С. Русова, Вернадский, А. Крымский, С. Ефремов , Ващенко) прямо с боем брали редуты образования и науки; получали международное признание, — но жили в нищете и в состоянии непрерывных пыток.
Один пример. Зав. сектором образования и науки ЦК КПУ В. Трищенко пригласил к себе и спросил: — Петр, можно, то есть, они достойны, имена В. Стефаника и О. Кобылянской присвоить университетам, а Василию Сухомлинскому — звание Героя социалистического труда? Ответ был однозначным: безусловно! Но через неделю после представления соответствующих предложений умный и мужественный Трищенко подавленно сказал: — Могут нас с тобой выгнать из партии.
Казалось бы, странно. На самом деле — нет. Названные писатели не принадлежали к «революционеров», а Василий Сухомлинский был безусловно даже в тех условиях реформатором в интересах если не тотального развития, то сохранение национально-демократической педагогики и образования. Это уже позже его сознательно денационализировали, выдав труда иншонародною языке (чем вынималось душу и из груди, и с работы) и провозгласив классиком советской педагогики.
Классиком был и есть, но не советской, а народной педагогики и образования, из-за чего к нему и пришло международное признание: он шел в русле японских, европейских, американских поисков, но не копировал их, а обогащал. И можно только пожать плечами, читая «откровения» типа: Сухомлинский целью образования ставил не национальную человека и государство, а. «гражданское общество».
Не хватает лишь уточнение: воспитание советского гражданина.
В свете таких «инноваций» теряется еще один подвиг Сухомлинского: развивать высокую теорию на реальной почве. Он был создателем реальной школы, лепил живые характеры даже с инертной «глины»! Так, кстати, было с С. Русовой и Ушинский, Ващенко и многими зарубежными педагогами (от Коменского к Монтессори и Корчака).
Кто из нынешних официозных «корифеев» имеет свою школу?
Или: в них работах целые институты обобщили опыт современных настоящих реформаторов?
Здесь бы сказать свое веское

Обсуждение закрыто