Свидетельство древних преданий и летописные сведения об учреждении михайловской золотоверхой обители часть 2

Димитрия в Киеве [29, 6].
Вполне естественно было князю Святополку-Михаилу, который взошел на киевский престол в 1093. после смерти дяди, кн. Всеволода I, построить свой храм в честь победы Архистратига Божия Михаила над дьяволом, у храмов отца и брата [23, 274]. В летописи говорится, что Михайловский храм в течение долгого времени был очень малочисленный. Достоверным метрическим свидетельством об учреждении каменной церкви св. Архистратига Михаила Святополком Изяславовичем есть запись в летописи под 1108 г. .: "Заложена была церковь св. Михаила Златоверхая Святополком князем месяца июля в одиннадцатый день [42, 272]". В этот день отмечали годовщину смерти княгини Ольги. Летописец упоминает только о закладке храма и ничего не говорит о Михайловский монастырь. Но относительно других известных монастырей, он вспоминает часто только о церкви, особенно если эта церковь каменная. Например, относительно монастыря св. Феодора «в отчете» летописец говорит: "Заложи церквей Мстиславъ князь каменну св. Феодора [42, 284]« или же в другом месте:» заложен бысть церковь Спаса Святаго въ Володимерь [42, 334]".
Князья же не имели обычая строить церкви без монастырей при них, что мы видим в большинстве случаев , но каждый великий князь, по возможности, и другие считали своим долгом создать собственный ктиторская монастырь. Так, Ярослав строит Георгиевский и Ирининский монастыре. С его детей — Изяслав строит Димитриевский, Святослав — Симеонивський, Всеволод — Выдубицкий и Янкин. Эта традиция строительства монастырей продолжалась и дальше. Вот почему можно утверждать, что Святополк задумал построить церковь, предусматривал и устройства монастыря при ней [25, 7-8].
Есть и другие свидетельства летописи о Михайловский Златоверхий монастырь: "Умерший в 1113 месяца апреля в 11 день благоверный князь Михаил, называемый Святополком, положен был в церкви св. Михаила (Златоверхого), которую сам построил [30 349-350]. Убитый киевлянами в 1147 князь Игорь, к погребению его в отчем Симеонова монастыря, временно положен был в церкви св. Михаила. Умерший 19 апреля 1190 князь Святополк Георгиевич, положен был в церкви св. Михаила (Златоверхого), которую построил прадед его великий князь Святополк [30 351-360]. Умерший в марте 1195 благоверный князь Глеб Георгиевич Туровский (брат погибшего), привезенный был в Киев и положено в церкви св. Михаила Златоверхого [30, 358]". Князь Михаил-Святополк, по летописи, был «болезненным, трезвенником, книжником и сентиментальным женолюбцем» [30, 171]. Вот и все достоверно, что мы знаем из летописей о Киево-Михайловский собор и монастырь на начальном этапе его существования на протяжении достаточно долгих лет.
Разумеется, этого очень мало для любых обобщений, а потому те, кто писал об этом монастыре, обходят начальный период его истории почти полным молчанием. Но определенные сопоставления исторических сведений позволяют сделать некоторые выводы. После исчезновения храмов св. Димитрия и св. Петра, на протяжении долгих лет запустения Киева, которые разрушились сами по себе во время неоднократных погромов хана Батыя и других, монастырь упоминается под именем Свято-Михайловского Златоверхого от названия храма, который уцелел [28, 9]. Так же Выдубицкий монастырь стал называться Георгиевским после возведения церкви св. Георгия и разрушения церкви св. Михаила, Флоровский женский монастырь получил название Вознесенского после построения в нем главного храма Вознесения Господня у бывшей церкви св. Флора и Лавра.
Достаточно обоснованное мнение относительно замалчивания летописи о Михайловский монастырь выражает исследователь проф. С. Голубев. Он считает, что не только о Михайловском, но и о других монастыри, кроме Киево-Печерской лавры, летопись умалчивает [8, 59]. Также он обращает внимание на то, что личность князя Святополка, строительного Михайловского храма, была у киевлян в большой неуважение, несмотря на то, что при конце своей жизни он становится благочестивым и даже способствует канонизации преп. Феодосия Великого (1 108) и во всем руководствуется установками старцев Печерского монастыря [42, 272-273]. После его смерти поднялся бунт, хотя вдова щедро раздавала имущество, но симпатии киевлян были на противоположной династической стороне Всеволодовичей, а именно — Владимира Мономаха. Именно к нему обратились богатые киевляне, чтобы он навел порядок в городе и спас их и монастыри от дальнейших грабежей. Поэтому, говорит исследователь, понятна причина унижения Киево-Михайловского Златоверхого монастыря в течение домонгольского периода: монастырь, основанный князем-нелюбимым, который был будто его собственностью и собственностью его рода, тоже для киевлян — нелюбимого, не имел надлежащих условий для процветания, несмотря на прекрасную Золотоверху церковь, которая не могла не привлекать к себе внимания [8, 63].
Древней вид Свято-Михайловского Златоверхого церкви долгое время достоверно не установлен. В последнем списке Никоновской летописи говорится, что церковь Св. Михаила Златоверхая имела пятнадцать позолоченных куполов. Это утверждение, как и предыдущие, повторяли многие авторы XIX в. Один из исследователей считал, что церковь имела пять куполов [31, 37]. Противостоит этим утверждением план Михайловской церкви, который был найден в московском архиве Министерства закордоних дел, где она изображена как однокупольная, с пристройкой с южной стороны. План этот был сделан для московских царей Ивана, Петра и сестры их Софии, перед которыми инокини женского Михайловского монастыря, находившегося тогда на территории мужского, ходатайствовали о построении собственной церкви [45, 83]. В частности инокини монастыря Анна и Анастасия в 1688 ездили с этим планом в столицу и добились положительного решения о строительстве церкви [54, 1].
На плане Киева в «Тератургима» (тысяча шестьсот тридцать восемь) лаврского монаха Афанасия Кальнофойского, на рисунке (одна тысяча шестьсот пятьдесят один) голландского художника А. ван Вестерфельда [17 159-160] с рисунком М. Груневега церковь изображена с одной шлемовидной баней и небольшим верхом на оси нартекса. Итак, храм был шестистолпный, с тремя абсидами на восточном фасаде и одним куполом, который, в отличие от бань других церквей, был позолочен. Диакон П. Алепський писал: "Монастырь Св. Михаила знаменит своим золотым куполом» [45, 177]. Это утверждал и путешественник Эрих Лясота в 1594 г., А также основательно доказывал ученый Е. Голубинский [10, 76]. От позолоченного купола церковь и получила название Золотоверхой.
Стены храма были возведены по существующим тогда нормам строительства с розовой плинфы и бутового камня, традиционным способом кладки, они как излучали тепло. Пол церкви была изложена большими плитами красного овручского шифера [45, 32]. Плоскости фасадов украшали широкие пилястры, этаж проходил меандровий фриз, барабан купола был окантован лентой небольших ниш.
Исследования и открытия археологов в последние годы уточняют некоторые детали, позволяют несколько по-другому представить внешний вид собора. Это был шестистолпный, крестообразный, трехапсидный, двухъярусный храм с яскравовиявленим нартексом. Размеры — 28,8×18,86 м. Стены выложены в технике смешанного кладки с

Обсуждение закрыто